Игорь Гурович о плакатах, театре, миссии и Фудзияме

img_4581Игорь Гурович рассказал Fastcult о дизайне плакатов и работе с госучереждениями


Дизайнер Игорь Гурович рассказал Fastcult о театральных плакатах, работе с государственными учреждениями, миссии и искусстве смотреть на Фудзияму.


Гурович — и правда, как написано о нём в Википедии, «культовый российский художник-график и дизайнер». В культ в своё время превратились его плакаты для культурного центра «ДОМ», а сегодня — высказывания о визуальном векторе страны и профессии дизайнера вообще.
Несмотря на активную работу в области брендинга и навигации, и сейчас одними из самых интересных его работ остаются плакаты — в прошлом году постер для «Мастерской Пера Фоменко» получил Гран-при биеннале графического дизайна «Золотая Пчела»; в этом — четыре плаката награждены призами международной ассоциации графических дизайнеров Icograda на плакатном фестивале в Шомоне.
Мы поговорили с Игорем Гуровичем о его опыте работы с театральным плакатом в России, а также настоящем и будущем творческих индустрий.


img_4581


— Все интересующиеся видели ваш плакат для «Мастерской Петра Фоменко». Тот, что получил гран-при «Золотой пчелы».
Но интересно, что никто его не видел на улице, в среде. Он был как-то напечатан вообще?


— Это был прошлогодний спецпроект журнала «Театр». Про то, какими могут быть плакаты к модным и актуальным сценическим постановкам.
Инициатором был «Театр», оттиски прилагались к номеру журнала, так что сами плакаты были скорее новогодними сувенирами.
Конечно, таким образом мы планировали понравиться театрам и подружиться с ними. Но изначально плакаты театрами заказаны не были.



Гурович, гран-при «Золотой пчелы»
Плакат о спектакле «Одна абсолютно счастливая деревня» Мастерской Пера Фоменко



— Получилось подружиться?


— Из этого проекта вышла по крайней мере одна большая дружба с режиссёром Крымовым. Она длится до сих пор. Недавно Наташа Агапова сделала очень красивую толстую книгу о лаборатории Крымова.


— Вообще очень странно, что театры не работают с дизайнерами-плакатистами, ведь афиши спектаклей делаются, в теории, как раз для искушённой публики. У вас есть мнение, почему так происходит?


— Во-первых, Россия — страна вербальная, а не визуальная. И насколько она легка и прекрасна в текстах, настолько же у неё есть большие проблемы с картинками. В том числе и у уважаемых работников театра. Во-вторых, для театров сложно платить кому-то непостановочные деньги. Не помогают и полное непонимание того, зачем вообще платить за рекламу, и психологическая невозможность театра согласиться с тем, что внутри храма искусства — одни законы, а на улице они другие. И то, как театры выглядят на улицах Москвы — позор, за редким исключением. Вялая фотофиксация — набор малиновых невнятных портретов.


Гурович, приз Icograda
Плакат для кинотеатра «Пионер», специальный приз Icograda на плакатном фестивале в Шомоне — 2013



— А как же все эти тектонические сдвиги в восприятии государством визуального? Урбанистика, фирменный стиль «Парка горького», реформа навигационной системы Москвы — это по-вашему как-то коснётся плакатов и вообще этой части дизайна?


— Здорово, что появились интеллигентные господа-начальники, осознано предпочитающие хорошее плохому.
Но бедные театры все равно выбирают между ремонтом туалета и дизайном. Выбор здесь очевиден.
Театр не находится в конкурентной зоне. Он в меньшей степени бьется за зрителя, и в большей — за бюджетные деньги. То есть на дизайне ему легко можно экономить.



— А что вы думаете об эксперименте с «Гоголь-центром», возникшим на месте Театра им. Гоголя?


— Прекрасный эксперимент. И мы тоже в нём немножко принимали участие; Наташа Шендрик (нарисовавшая логотип и создающая визуальную оболочку «гоголь-центра») — подруга, и вообще всё здорово получилось. Но не может быть на Москву, в которой театров десятки, один «Гоголь-центр».


— Но ведь само движение началось?


— Оно началось, и всем приятно об этом думать. Но работа с дизайнерами со стороны театров требует людей, которые занимаются этим не факультативно, и понимают, что театру эта работа необходима.
Когда внутри театра, как у Серебренникова (Кирилл Серебренников, директор «Гоголь-центра»), появляется такой человек, считающий свою работу важной, всё происходит.
Сейчас у нас стартовало очень много проектов с театрами. Но они в какой-то момент начинают захлёбываться, поскольку театры не приспособлены эти проекты долго вести; нет заинтересованных людей, понимающих, что вложенные в дизайн инвестиции ведут к улучшению имиджа театра через год или полтора, а не к увеличению продажи билетов на сегодняшний спектакль.
Так было с «Парком Горького» — сколько времени прошло, пока москвичи не признали, что это такое особенное прекрасное место, которое они готовы любить и без пивных ларьков.



— Да, это правда был долгосрочный процесс. Но зато сейчас в нём не осталось ни капли старого затхлого ощущения. Разве сегодняшние театры не понимают, что кроме постановки спектакля их и другие процессы касаются?


— Абсолютно. Билеты продаются через какие-то нелепые кассы, где жизнь остановилась в 1980 году, пышногрудыми тетками с фиолетовыми начёсами — это чума просто какая-то! Театр не с вешалки начинается, а с этой фиолетовой завивки.


Гурович, «Дом»
Плакат для культурного центра «Дом»



— А как с коммерческими институтами всё обстоит? Вы ведь сотрудничаете с кинотеатром «Пионер»? Там правильно устроена работа с дизайнерами.


— Когда люди любят то, чем занимаются, всё правильно получается. Дизайн — это ведь история про любовь. Есть институции, возглавляемые людьми, которые дизайн любят и знают, зачем он нужен. И у них всё прекрасно работает.


— Возникает ощущение, что все эти люди, последние несколько лет пробивали лбом стены, переделывали «Парк Горького», проводили конкурсы на навигацию в Метро — немного устали. Что у них запас сил просто кончился, а подхватить это всё некому — поэтому снова какие-то некрасивые истории начинаются…


— Ну, это не сильно большая проблема, как я считаю. Конечно, среда ужасно агрессивна по отношению к тем, кто куда-то рвётся. И силы, положенные на нужные вещи, — такие огромные и настолько несопоставимы с полученным результатом, что люди не готовы так себя расходовать постоянно.
Но ведь страна так и живёт: всё время появляются какие-то новые люди, и они должны появляться. У этой работы есть исчерпаемый временной ресурс. Хорошо, когда тебе двадцать пять. Или тридцать пять. Но в сорок пять — физически сложновато. А в пятьдесят пять уже хочется сидеть и смотреть на Фудзияму.



«Когда в России только появились компьютеры Macintosh, к нам приезжал великий Шин Мацунага, рисующий пятьсот гениальных плакатов в год. И все дизайнеры сразу начали расспрашивать о его «процессе».
«Вы, — говорит один дизайнер уважительно, — наверное приходите с утра в свой кабинет, садитесь за свой макинтош... у вас же макинтош?»
«Да, у меня макинтош, — рассеянно отвечает Мацунага, — но я его не включаю. Я с утра пью кофе и иду к окну. У меня из окна, знаете, прекрасный вид на Фудзияму...».
«Понимаю, — ещё более уважительно перебивает дизайнер, — но вот вы пьёте кофе, смотрите в окно на Фудзияму, а потом включаете макинтош, и...»
«Да нет же, — чуть раздражённо отвечает Мацунага, — я его не включаю. Я весь день смотрю на Фудзияму».
Выяснилось, что у него дальше по коридору, если идти мимо большого кабинета с видом на Фудзи, есть комнатка. Без окон. Где за макинтошами сидит миллион человек. И, когда Шин Мацунага, глядя в окно и прихлёбывая кофе, вдруг берёт карандаш и быстро чертит что-то на салфетке, её тут же подхватывают, и уносят в эту комнатку. Из которой за год выходит пятьсот гениальных плакатов.



— Вы ведь встречаетесь с большими начальниками, даже с самыми большими, обсуждаете с ними визуальную культуру. У вас нет чувства своей ответственности перед российским дизайном, какой-то миссии, желания что-то изменить?


— Желание есть и огромное. Мы время от времени бьемся в закрытые двери. Иногда это работает, чаще — нет.
Но больше, чем быть стучальщиком в двери, мне нравится, собственно, работать. Поэтому, когда чувство ответственности за будущее мешает дизайн делать, к чёртовой матери это чувство ответственности.



2013_07_25_anons3





Интервью: Алексей Серебренников

Читайте также:

Комментарии
Популярное

Персонажи, которые всех раздражают в русском Интернете

Персонажи, которые всех раздражают в русском Интернете

Персонажи, которые всех раздражают в русском Интернете

В последнее время — в разнообразных социальных сетях — появились какие-то странные персонажи, записи которых постоянно цитируют все, кому не лень. Но эти персонажи вызывают какое-то недоумение: кто они? И откуда?
Read more...Collapse )
83

Украсить историю: цветные ретро–фотографии

Украсить историю: цветные ретро–фотографии

Украсить историю: цветные ретро–фотографии

colouredМарк Твен, Чарли Чаплин, Элизабет Тейлор и тестирование первого пуленепробиваемого жилета — все это было в цветном мире. Так почему бы нам не убедиться в этом самим?
Read more...Collapse )
1
?

Log in

No account? Create an account